МГУ ДЛЯ ВАС

Хроники
студенческого самоуправления МГУ им. М.В. Ломоносова

FDS EXODUS, часть 3. Требование карты расселения общежитий МГУ

Комиссия во главе с и.о. проректора Марченко, созданная по указанию ректора, работает без регламента и приказа о создании; в её условный состав входят два десятка студентов факультетов из ФДС, изъявившие на то желание, в том числе координаторы кампании. Последние требуют от Марченко предоставить «карту расселения» всех общежитий для конструктивной работы комиссии и составления объективных планов по переселению ФДС, однако получают только статистические данные Управления общежитиями с многочисленными ошибками. Пытаясь добиться полной «карты», активисты настаивают на повторной встрече с ректором и подвергаются «прессингу» ректората.

 Назад к разделу | Предыдущая часть | Следующая часть

 

Содержание:

 

 

7. Начало работы комиссии

 

 

26. Подготовка к комиссии (конец декабря 2015)

 

На собрании 18 декабря координаторы кампании и участники ИГ готовятся к участию в ректоратской комиссии, формируя общие требования к регламенту её работы. Активисты кампании будут добиваться открытости её работы, заключающейся в публикации протоколов или стенограмм заседаний и возможности посещения заседаний студентами МГУ. Комиссия должна будет начать свою работу только после предоставления её членам карты расселения общежитий МГУ, а также не должна заседать во время сессий и каникул (за исключением первого, организационного собрания, которое назначат, скорее всего, до Нового года). Нельзя допустить заселения НО в конце лета, поскольку это – идеальный вариант для ректората, чтобы принять собственный план переселения: летом не будет нового «оккупай ректората» в связи с отъездом большинства студентов. В комиссию должны войти только студенты факультетов, проживающих в ФДС, и не должны состоять сотрудники деканатов, как это было четыре года назад (см. главу «Турникеты в общежитии МГУ»). Без особой надежды постулируется необходимость искать знакомых студентов физфака, химфака и геолфака, готовых поддержать позицию кампании и составить противовес потенциальным членам комиссии с этих факультетах, активированных по линии студенческих организаций (их рвение в комиссию принимается как данность). Непосредственно позиция активистов кампании на переговорах будет заключаться в отстаивании требований Открытого письма, подтверждающего их легитимность в представлении интересов жителей ФДС. ИГ рекомендует активистам во время грядущей сессии заниматься кампанией не больше одного часа в день.

Участники ИГ рассказывают активистам о том, кого представляет собой глава комиссии – Владимир Леонидович Марченко 1. Выпускник физфака 1993 года, Марченко делал карьеру по профсоюзной линии, в 1999 году став заместителем председателя ОПК МГУ, которым является до сих пор. Поскольку профсоюз в МГУ на уровне руководства срастается с администрацией, то руководители ОПК поощряются ректоратом за верную службу. Ректорат выдал Марченко квартиру в новостройке, доля в которой принадлежит МГУ по инвестиционным контрактам, но перед этим встал вопрос о площади квартиры. Чтобы получить увеличенную площадь, Марченко необходимо было иметь степень кандидата наука, однако научным сотрудником Марченко не являлся и всю свою жизнь после выпуска сидел на зарплате, получаемой из профсоюзных взносов учащихся и сотрудников. Вероятно, по просьбе ректората отдельные сотрудники физфака подготовили Марченко к защите диссертации. В 2003-2005 годах Марченко опубликовал 2 три статьи в соавторстве (это единственные статьи в его научной карьере), необходимые для защиты кандидатской диссертации, которая прошла в 2005 году. На этом научные достижения Марченко закончились, и он продолжил реализовывать себя на различных постах в профсоюзных организациях страны, специализируясь на работе со студентами. В декабре 2012 года он проиграл онлайн-голосование на должность студенческого омбудсмена выпускнику журфака Артёму Хромову, но остался «главным по студентам» в Студенческом координационном совете Общероссийского профсоюза образования.

В декабре 2015 года 45-летнего Марченко Садовничий назначает и.о. проректора «по работе со студентами», хотя явно это направление на сайте МГУ не указывается. На тот момент лишь в электронной приёмной упоминается 3 название его должности: «и.о. проректора по молодежной политике и воспитанию». Марченко постоянно посещает различные заседания и слёты студенческих организаций по всей стране (за неделю после «оккупай ректората» он отмечается на всероссийском конкурсе на лучшее общежитие 4 во Владимире 19 декабря и на юбилее шахматного клуба 5 юрфака МГУ 23 декабря). Поэтому участники ИГ делают предположение, что ему может не хватать времени на заседания комиссии по ФДС. В то же время Марченко выгодно «загасить» конфликт, чтобы зарекомендовать себя на новом посту и добиться от ректора назначения себя на полноценную должность проректора.

И.о. проректора В.Л. Марченко

И.о. проректора В.Л. Марченко

 

 

27. Первое заседание комиссии (25 декабря 2015)

 

Приглашение и.о. проректора В.Л. Марченко войти в состав «комиссии по вопросам ФДС» вместе с приглашением на первое заседание приходит студентам накануне самого заседания. В рассылке указываются 17 студентов, включая активистов кампании и их знакомых, а также членов официальных организаций ВМК и мехмата: председателей студкомитета ВМК Никиты Лукьяненко и студсовета ВМК Никиты Муромцева, заместителя председателя студсовета мехмата Ильи Денисова, председателя студенческой пожарной дружины Антона Хоменко. На заседании 25 декабря в кабинете 1017 ректората в составе комиссии числится уже 24 человека – по приглашению Марченко присоединяются 7 членов студкомитета и других официальных организаций физфака (Феликс Студеникин, Артем Синельников, Андрей Лебедев и др.). Присутствует, впрочем, не весь списочный состав комиссии, поскольку начало заседания в 18:00 накладывается на окончание зачётов в 19:00. Официальные представители студентов химического и геологического факультетов не заинтересовываются участием в комиссии.

Марченко ведёт заседание в присутствии главы студенческой комиссии ОПК Евгения Денисова. Марченко озвучивает надежды на конструктивный диалог в решении двух задач: выработке взвешенного подхода по принципам заселения Нового общежития и исправлении текущих проблем в ФДС, начиная с ремонта и заканчивая изменением правил прохода, если это будет необходимо. Проблемы ФДС Марченко выражает готовность решать уже на следующей неделе, предлагая обойти «шестёрку» и «семёрку» 28-29 декабря, но на этот раз без предварительного оповещения начальства корпусов.

Предложение активистов о принятии регламента работы комиссии Марченко уверенно отвергает, объясняя это отсутствием необходимости загонять свою работу в какие-либо рамки. Позднее Марченко пояснит, что комиссия не будет однозначно выступать за определённую позицию по ФДС, а сформулирует несколько вариантов и передаст их ректору вместе с соотношением голосов членов комиссии, чтобы уже ректор выбрал один из них.

Активисты напоминают, что цель комиссии – не столько улучшение жизни в ФДС, сколько переселение из него. Марченко переводит тему с комфортности проживания на соответствие ФДС санитарным нормам, подтвержденному проверками соответствующих служб, и заверяет, что цель переселения ФДС перед администрацией стоит, но не в такие сжатые сроки. Комиссия будет принимать решение по принципу: «При случае решим», а войти в неё со временем смогут представители факультетов, не проживающих в ФДС, дабы защитить свои права при переселении в НО. Марченко заявляет, что в ДСВ есть блоки, в которых проживает по восемь студентов, пытаясь тем самым доказать, что комфорт – вещь субъективная, и в случае решения проблемы одного душа на корпус путём переселения жители ФДС, став жителями ДСВ, начнут жаловаться на плотность поселения.

Участники кампании продолжают озвучивать коллективные предложения к работе комиссии. Марченко не соглашается с предложением доступа к материалам, необходимость которых определяется любым членом комиссии, а не только её председателем. Другим предложением является открытость работы: свободное посещение заседаний комиссии студентами любых факультетов, публикация аудиозаписей и протоколов. Предложение аргументируется сравнением с деятельностью ОСК, обсуждения плана переселения на заседаниях которого в течение года были закрытыми и привели к появлению толпы в ректорате. Марченко в целом отказывается и от этого предложения, боясь вырывания фрагментов заседаний из контекста и выступая за публикацию результатов обсуждения, а не его хода. Активисты пытаются объяснить необходимость регулярного освещения работы комиссии наличием оперативной обратной связи со студентами, однако Марченко вновь уходит в конспирологию и заявляет, что публикация позволит лишь «наслаждаться людям, которым нравится, что кто-то с кем-то не согласен, спорил и так далее». Активистам он предлагает самостоятельно пересказывать ход заседаний своим студентам.

Почти час уходит на обсуждение исправимых проблем ФДС, вкратце идущее по следующему шаблону. Активисты ВМК и мехмата озвучивают проблему, будь то отсутствие крышек на унитазах или шторок в душе, трудности с разрешением на ремонт в комнатах или неэффективность травли клопов силами УО. Члены студкомитета физфака дают комментарий о том, что их усилиями подобных проблем в ФДС-4 давно нет, а значит, встаёт вопрос о неэффективности работы студкомитетов ВМК и мехмата, представителей которых даже нет на заседании. А Марченко резюмирует, что Управление общежитиями делает всё возможное для решения проблем, но общими усилиями со студентами нужно сделать чуть больше и добить проблемы. Озвучивается и мысль о том, что студенты и сами должны что-то делать на благо общежития. Марченко также апеллирует к низкой оплате проживания в общежитиях МГУ: «Можно, конечно, представить, что есть кампусы, где работают службы по их содержанию, но это другая цена вопроса».

Активисты выражают мысль, что многие проблемы ФДС связаны с самой концепцией общежития коридорного типа. Например, отношение студентов к общественному туалету, единственному на этаже, трудно изменить перевоспитанием ста жителей этажа, в то время как будь у студентов личные санузлы в комнатах (блоках), за состояние которых отвечают только они, то и отношение к нему будет другое, и ремонт будет осуществляться самими студентами. Таким образом, наличие общежития ФДС в жилом фонде МГУ в принципе не выгодно Университету, поскольку влечет постоянные траты на ремонт. Марченко предпочитает рассказать анекдот на тему «всё могло быть намного хуже» и поведать о недавно прошедшем конкурсе на лучшее общежитие страны, из результатов которого он делает вывод, что ФДС явно не самое худшее общежитие на фоне других вузов. Активисты отмечают, что речь идёт об общежитии главного вуза страны, но Марченко вновь уводит разговор в сторону, утверждая, что, если жителей ФДС поселить в найденные резервы других студгородков МГУ, то и эти помещения будут вскоре приведены в негодность. Завершающим аккордом становится утверждение Марченко о неком соцопросе жителей ФДС и ДАС, проведенном после «оккупай ректората», согласно которому примерно равное число жителей этих студгородков готовы поменяться местами, то есть сменить удаленность от кампуса на бытовые неудобства.

Марченко анализирует появление информации о скором сносе корпусов ФДС-2, 3, 4 и заявляет, что этот вывод студенты сделали сами, интерпретируя слова начальника УО Водолазского. Следует демагогия о том, что информация является достоверной лишь после появления приказа с подписями; что снести ФДС-ы обещали ещё в 2000-м году, а «скоро» — это понятие настолько растяжимое, что и Главное здание тоже когда-нибудь «скоро» снесут.

Наконец, после полутора часов с начала заседания комиссия переходит к вопросу Нового общежития. Несколько раз участники кампании поднимают вопрос предоставления открытой карты расселения. Марченко отвечает, что услышал просьбу, и запросит у Водолазского справку по количеству проживающих каждой категории в каждом общежитии, но не более. Он называет три категории персонала: сотрудники полиции, сотрудники комбинатов питания и молодые научные сотрудники; все они, по словам Марченко, «обеспечивают жизнедеятельность инфраструктуры». Охрана, по мнению Марченко, прописывается в общежитии после пожара в ГЗ в 2006 году, когда студенты якобы сами попросили увеличить её количество (в действительности неизвестно, кто об этом попросил, – см. главы «Инициативная группа (2006)», «Ужесточение режима в общежитии ГЗ МГУ (2006-2007)»). Проживание работников комбинатов питания же необходимо, чтобы оставить на прежнем уровне цены в столовых, поскольку на работу принимаются люди без московской прописки, которым оформляют временную регистрацию в студенческом общежитии. Некоторым из них, по словам Марченко, необходимо приходить на работу в 3:30 ночи на закладку продуктов. По мнению Марченко, нерационально жертвовать 20-30 местами ради того, чтобы «поднять красное знамя и сказать, что в общежитиях МГУ больше не живет сотрудников», ведь «придётся брать людей с московской пропиской на московские зарплаты и это всё будет переложено в стоимость конечного обеда». При этом Марченко усиленно забывает, что персонал предлагается не выселить, а переселить в ФДС. Марченко заявляет также, что, в случае их выселения «столовые гарантированно остановятся», а сотрудники поедут работать в другое место, потому что «ваши зарплаты нас не устраивают». Тезисы Марченко поддерживает студкомитет физфака, предлагая уважать права других людей, которые работают в МГУ.

В контексте дальнейшего обсуждения Нового общежития Марченко интересуется, когда и каким образом «произошёл сбой» в работе структур Университета, приведший к «оккупай ректорату». Студенты рассказывают, что не участвовали в процессе формирования плана переселения Студсоветом и ОСК, а когда узнали конечные цифры, объединились в кампании за переселение ФДС. Марченко, посмеиваясь, спрашивает, почему они выбрали такое название, и всерьёз пытается узнать, интересовались бы студенты планом, если бы его публиковали все 11 раз по мере доработки. Он сообщает, что Глухов пытался организовать обещанную встречу с ректором, но «так попало», что ректор был долгое время занят (и даже с назначенным 1 декабря Марченко он встретился лишь несколько дней назад). Студеникин рассказывает, что план переселения обсуждался с ОСК и даже был доступен всем председателям студкомитетов факультетов, которые, руководствуясь своей отчетностью перед студентами, могли рассказывать о них на факультетах. Глухов, по словам Студеникина, никогда не говорил, что план переселения поддерживает весь ОСК, а всегда уточнял, что мехмат и ВМК против; однако в позиции 6 ОСК о заселении НО от 22 декабря особое мнение двух факультетов не приводится. Активист кампании с ВМК Светлана Л., в свою очередь, подтверждает, что их студкомитет сообщал им о плане, но добавлял при этом, что повлиять на его изменение не может. В ходе обсуждения принимается решение опубликовать те варианты плана переселения, которые сформулирует комиссия, и устроить голосование в ФДС, чтобы предоставить их ректору вместе с процентами поддержки комиссией, студентами и студкомитетами.

Несколько раз всплывает тема «равномерного» переселения. Одна из студенток отмечает, что ей импонирует схема с оставлением в ФДС первокурсников пяти ныне проживающих там факультетов и с переселением всех остальных курсов в Новое общежитие. Члены студкомитета физфака активно пытаются контраргументировать эту позицию, для начала уверенно заявляя, что все первые курсы пяти факультетов не поместятся в двух корпусах и им придется жить «впятером-вшестером» в комнате. После того, как прочие студенты выражают сомнение в достоверности расчётов, в ход идут такие аргументы, как разные «биоритмы факультетов», заключающиеся в неприспособленности студентов мехмата к «утренней побудке» физфака на День физика, и межфакультетское напряжение, якобы порождающееся очередями в общий душ и ходом мыслей: «О, боже мой, физики, как они долго моются». Присоединяется к критике и Марченко, рассказывающий о том, что в ректорате и среди студенческих организаций «очень много людей высказалось с той точки зрения, что основным преимуществом ФДС является то, что первый курс может очень неформально в коридоре, в общем умывальнике, в душе пообщаться со вторым, переняв при этом определённые традиции и некие обычаи». Физики и Марченко утверждают, что вариант с первокурсниками был рассмотрен и на заседании ОСК, и, по инициативе Алаевой, на заседании комиссии по Новому общежитию во главе с проректором Степановым, но был признан несправедливым «с точки зрения корпоративного духа». В качестве «равномерного» расселения ФДС Марченко предлагает вариант с проживанием в комнате по двое студентов.

Последние полчаса заседания активисты кампании пытаются добиться от Марченко публикации открытой карты расселения в полном объёме, а не только в статистическом выражении. Марченко отказывается, объясняя это тем, что подобные данные «истрактуют и в плюс, и в минус», и поэтому не надо «давать поводы людям, которые не имеют отношения к общежитиям».

- «Когда-нибудь мы, может, придем к тому, что у нас будет то, о чем вы просите [«Карта интерактивная, где студенты сами смогут выбирать, в какую комнату селиться»]. Если внимательно посмотреть на проекты колдоговоров, я примерно то же самое примерно всегда прошу вписать, но это не проходит. Но мне объясняют, почему это не проходит», — рассказывает Марченко. Сложности реализации, по его словам, связаны с распределением мест между факультетами, краткосрочными приезжими и другими неназванными нюансами. Примером демагогии в исполнении Марченко является следующий диалог:

- «Почему Университет не может объяснить студентам, что вот эти сто мест – для участников конференций?» – интересуется активист Павел Х.

- «А что, у нас есть студенты, которые имеют право на общежитие и не поселены?» – задаёт встречный вопрос Марченко.

- «У нас есть студенты, которые поселены в ФДС», — отвечает Павел.

- «И что? А есть проблемы ГЗ, ДАС, ДСВ, Нового общежития. Давайте не селить вас в НО, если там есть проблемы», — предлагает Марченко.

- «В Новом общежитии есть неразрешимые проблемы?» – спрашивает активист, однако изначальная тема дискуссии уже теряется.

Когда активист Владимир Л. напрямую заявляет о странности позиции Марченко, которая не позволит комиссии объективно работать, Марченко сообщает, что комиссия создана для определенной цели: «Мы здесь не для того, чтобы дать оценку, как Московский университет работает с общежитиями». Тезис о проверке студентами предоставленной информации Марченко предсказуемо воспринимает в штыки, предлагая выбор в несуществующей дилемме: «Вы ставите вопрос словить на чём-то администрацию или ставите вопрос решить вопрос с ФДС-ами?». Идея с публикацией информации заранее (вместо предоставления непосредственно на втором заседании) также не встречает понимания Марченко, который делает замечание об устройстве мозга участника комиссии, предложившего это: «А тебе надо увидеть или услышать, у тебя как мозг устроен?».

Марченко «по опыту» высказывает мнение о необходимости осуществлять переселение в НО летом, хотя устранить замечания к введению НО в строй удастся, по обещаниям технических служб, уже в феврале. В феврале же Марченко планирует и закончить работу комиссии. Итогами заседания становятся договоренность проведения следующего заседания в феврале, после сессии и каникул, а также обход ФДС 28-29 декабря совместно с членами комиссии и студкомитетов.

28 декабря Марченко рассылает протокол 7, 8 заседания комиссии (или «рабочей группы», как указывается в заголовке), включая в него пункты, не утверждённые на заседании явно: о согласовании проектов переселения с Водолазским и об организации «экспертной оценки состояния общежитий ФДС силами руководителей студенческих общежитий других университетов страны». Протоколов последующих заседаний Марченко присылать (и, вероятно, составлять) не будет. Учитывая отсутствие даже приказа о создании комиссии, можно сделать вывод, что она в принципе не существует с бюрократической точки зрения.

 

 

28. Интервью Марченко и студкомитета физфака (декабрь 2015)

 

30 декабря выходит репортаж 9 на «The Village», в котором принимают участие не только активисты кампании, но и члены студкомитета физфака и и.о. проректора Марченко. Глава студкомитета физфака Феликс Студеникин равнодушно описывает ситуацию, в которой оказались студенты дружественных ему факультетов: «Большинство факультетов с такой постановкой вопроса согласились — физики, химики и геологи, которые радовались возможности сбежать из ФДС. ВМК и мехмату, оставшимся в шестом и седьмом корпусе, тоже предоставили 200 мест в новом общежитии. Ясно, что стройку, которая начнётся на месте снесённых ФДС-4, ФДС-3 и ФДС-2, придётся потерпеть тем, кто остаётся в ФДС-6 и ФДС-7. Понятно, что их жители оказались недовольны».

Он придерживается позиции, согласно которой неудобство в организации культурно-массовых мероприятий физфака приоритетнее комфорта в проживании студентов ВМК и мехмата: «Другим предложением было расселить студентов разных факультетов по двум оставшимся корпусам ФДС в такой пропорции, чтобы там не оставались только ВМК и мехмат. Мы выступили против, потому что у нас, у физиков, очень много мероприятий и событий, которые подходят исключительно для формата нашего быта».

Староста ФДС-4 Владислав Сергеев выражает полное пренебрежение требованиями соседних факультетов, сочетающееся с идеей о том, что нужно потерпеть и подстроиться под существующие реалии: «Первые курсы ВМК и мехмата чаще всего жалуются на отсутствие мелких бытовых удобств — например, на то, что в душе нет шторок. Но ведь это несерьёзно, как и про якобы неудобный график уборки душа. А очереди в душ появляются только тогда, когда ты приходишь в последние 15 минут до закрытия комнаты. Вернулся из университета — сходи в душ в пять вечера, в чём проблема?».

Ему вторит Студеникин: «Да, в подвале и мусоропроводе тараканы действительно есть, но что стоит обвести комнату специальным мелом?».

Он также уверенностью предписывает студентам их жизненные цели: «…в период жизни в общежитии он [студент] должен сосредоточиться на учёбе, выучить язык и найти работу. Это намного важнее, чем условия общежития, которое придумано только для того, чтобы общаться с друзьями, есть и спать… Следует думать о будущем и понимать, что эти условия даны мне для того, чтобы я стремился к лучшему и больше старался, больше работал».

Студкомовцы повторяют риторику Марченко с первого заседания комиссии, заявляя: «Плата за общежитие составляет 100 рублей в месяц – качество соответствует цене» и «ФДС – это школа жизни студента».

К акции студентов Студеникин относится снисходительно, но с явным намёком на возможность ответных санкций: «Прекрасно, что наши студенты могут запросто прийти к ректору, сообщить о проблемах, и их за это не отчислят» и «Какие-то люди пришли, подготовили однобокий репортаж о существующих проблемах. При этом студентам, которые их пустили, ничего не сделали, хотя возможность есть».

По мнению Сергеева, «всегда найдутся один-два человека, которые недовольны, и это не повод для обращения к ректору».

И.о. проректора Марченко заявляет, что «в письменном обращении студентов ни слова не сказано об аварийности корпусов общежития ФДС. Также этот тезис не выдвигался в качестве аргумента на встрече студентов с ректором» и что «никакой ректорской проверки в ФДС, о которой рассказывают студенты, не было». Он называет организаторов «протестной кампании» «недобросовестной группой лиц» и рассказывает о них уверенно, но с заведомыми фактическими ошибками и не без нотки конспирологии:

«С инициативной группой студентов всё просто. В любом коллективе есть люди, которые ставят под сомнения решения, которые принимает университет в рамках своих полномочий. Если посмотреть на их символику на странице «ВКонтакте», то даже там можно увидеть яркий коммунистический окрас. Они хотят бороться и добиваться угодных им изменений в МГУ только двумя способами: либо коллективными письмами, либо акцией по типу той, в рамках которой ребята устроили флешмоб и пошли к ректору. Они не признают переговоры и обращения, принятые в МГУ и других крупных структурах, считают их неэффективными. Они взбаламутили 2,5 тысячи человек и принесли мне [на самом деле, ректору МГУ – прим.] их подписи с лозунгом о том, что ФДС надо переселить, а требования при этом совершенно не о том. Например: «Мы требуем опубликовать открытый план расселения студентов в новом общежитии». То есть это писали люди, которые уверены, что от них что-то скрывают, и не думающие о том, что информация может быть использована в очень разных целях».

В его речи искажаются сразу несколько позиций активистов кампании: изменения в МГУ угодны не только «им», но и тысячам студентов, поддерживающих их требования; активисты признают переговоры с администрацией, но по своему опыту считают их неэффективными.

 

 

29. Сессионный перерыв и ожидание комиссии (декабрь 2015 – февраль 2016)

 

28 декабря Марченко посещает корпуса ФДС 7, 6 и 4 с проверкой. Никто из активистов заранее не был предупрежден, однако, вопреки увещеваниям и.о. проректора, администрация общежития пребывает в курсе его планов – непосредственно перед приходом в середине дня проводится уборка мест общего пользования. Обход начинается с ФДС-7. Активисты наблюдают со стороны ректората желание посмотреть на мелкие проблемы и их исправить. Глобальные или трудно исправимые проблемы Марченко предлагает замалчивать и «понимать» и искать какие-либо обходные решения. Так, например, по текущим правилам пожарной безопасности, в комнатах официально запрещено держать даже чайники, не говоря уже о мультиварках или обогревателях, а на комнату из трёх человек разрешается иметь только два компьютера – однако предложение исправить ситуацию игнорируется. Обойдя ФДС-7 и ФДС-6, комиссия переходит в ФДС-4; экскурсию там проводит староста корпуса Владислав Сергеев, который утверждает, что студенты не жалуются ни на единственный в корпусе душ в подвале, ни на подло выбежавшего таракана, которых в корпусе, по его словам, нет, ни на прочие радости жизни в ФДС. После обхода Марченко просит активистов составить карту проблемных мест ФДС и отправить ему в срок до 15 января (хотя в этих числах у студентов в разгаре экзаменационная сессия).

 

На Дне открытых дверей в МГУ 10 января 2016 года, отвечая на вопросы абитуриентов, Садовничий сообщает: «Всем иногородним, начиная с шестой зоны, предоставляются общежития. У нас хорошие общежития, вот, если кто-то что-то читал».

15 января Водолазский в электронной приёмной МГУ выражает 10  готовность обсудить идею «сдвинуть в ночь» закрытие душевых в ФДС и сообщает, что «директор ФДС» З.Х. Лохова «уже имеет необходимые указания по изменению режима работы душевых».

18 января на т.н. «Дне открытых дверей» в СУНЦ МГУ, заключающемся в визите в школу-интернат представителей факультетов МГУ, выступают сотрудники администрации МГУ, отвечая на вопросы будущих абитуриентов – нынешних 11-классников. Как сообщает 11 сайт интерната, заместитель проректора Кортавы обещает, что к лету 2016 года общежитие ФДС прекратит своё существование:

«Одним из первых прозвучал вопрос про общежитие, наиболее остро волнующий будущих абитуриентов естественнонаучного направления. Заместитель проректора по профессиональной ориентации и работе с талантливой молодёжи Михаил Борисович Копчиков рассказал, что в МГУ ведётся активная работа по расселению студентов, проживающих в общежитиях ФДС, в корпуса на новой территории. Он обещал присутствующим: “К тому моменту, как вы поступите, понятия «ФДС» уже не будет”.».

 

В середине января активисты обнаруживают, что петиция на имя ректора, зарегистрированная в канцелярии 16 декабря, отсутствует в реестре обращений, требующих письменного ответа в течение 30 дней. Выясняется, что практически сразу после регистрации письма его забирают Марченко и Кортава. Вероятно, таким способом они планируют лишить ректорат ответственности за отсутствие ответа. 10 февраля Марченко ответит активистам кампании, что письма у него нет, в то время как оно вместе со стопкой подписных листов лежит на столе в его кабинете. Он говорит, что ему не поступало распоряжения ректора отвечать на письмо, но он обязуется уточнить этот вопрос и ответить «Почтой России», если ему велят. Активистам он предлагает обращаться в суд, поскольку уверен, что юридическое управление МГУ ошибается в том, что ректорат обязан отвечать на все зарегистрированные обращения в течение 30 дней. Между тем, существует специальное решение 12 Конституционного суда РФ по этому вопросу, гласящее о том, что к государственным и муниципальным учреждениям, осуществляющим публично значимые функции (на такие учреждения распространяется порядок рассмотрения обращений граждан), относятся, в том числе, и учреждения, оказывающие услуги в сферах науки и образования.

 

12 февраля Глухов и члены ОСК обходят корпуса ФДС, поручая председателю студкомитета ВМК Никите Лукьяненко составить список проблем ФДС для заверения подписью Глухова с целью его превращения в заключение ОСК по ФДС. Список получится следующим: нехватка места при проживании втроём, отсутствие столовой и продуктовых магазинов, слабая проводка, неудовлетворительное состояние сантехники, расположение душей только на первых этажах, отсутствие штор в душевых кабинах; отсутствие бесплатной прачечной, оконные рамы со щелями, наличие тараканов в комнатах рядом с мусоропроводами, отсутствие уборок в санузлах по выходным и праздникам, холод в комнатах зимой.

Также в феврале в корпусах ФДС проходят ужесточённые, по словам очевидцев, пожарные проверки. Студентам предлагают пользоваться лишь одним чайником в комнате, отказаться от утюгов и удлинителей без предохранителей; под запрет попадают электронные сигареты.

15 февраля в ФДС-7 проходит 13 собрание проживающих, организованное студкомитетом ВМК, где большинство из присутствующих двух десятков студентов соглашается с планом ОСК. Лишь около пяти человек предлагают продолжать добиваться большего.

 

17 февраля в «группе» кампании публикуется «пост» 14, сравнивающий разделы об общежитиях на сайтах МГУ и СПбГУ. В нём отмечается наличие на сайте СПбГУ информации о количестве жилых мест в каждом студгородке, контактной информации о руководстве общежитий, нормативных документов и даже списка проживающих сотрудников, опций подачи электронных заявок на вызов электриков и сантехников, оплаты общежития банковскими картами.

29 февраля на собрании координаторов кампании вырабатывается дальнейший план действий и позиция по разным вопросам. Временно откладывается требование аренды дополнительных площадей, упирающееся в конкретную реализацию: неизвестно, будут ли найденные администрацией МГУ площади лучше того же ФДС. Также не вызывает интереса предложение участников ИГ об онлайн-петиции на имя президента РФ с просьбой выделить финансирование на строительство второй очереди НО – активисты кампании считают, что пока ведётся «конструктивная работа» в комиссии, подобное выступление может сыграть против студентов. После обсуждения остальных пунктов повестки позиция по ним складывается в следующий план последовательных действий:

0. Получить полную карту расселения всех общежитий МГУ.

1. Сформировать схему переселения жителей ФДС и заселения Нового общежития по следующим обязательным принципам: запретить насильно селить студентов в ФДС; переселить всех желающих студентов-”бюджетников” из ФДС на места в других общежитиях, занятые обслуживающим персоналом и учащимися-”контрактниками”; дать возможность любому студенту-”бюджетнику” на добровольной основе поселиться в ФДС в случае его улучшения; после распределения мест между студентами-”бюджетниками” предложить свободные места во всех общежитиях (в том числе, ФДС) иногородним студентам-”контрактникам” и студентам-”бюджетникам”, проживающим в Подмосковье, но не имеющим права на общежитие.

2. Добиться улучшения ФДС: решить список бытовых проблем, либерализовать правила прохода для учащихся МГУ и разредить проживание до одноместного.

 

 

30. Попытки Студсовета принять позицию по НО (январь-февраль 2016)

 

На третьем заседании 15 Студенческого совета МГУ 20 января вопрос Нового общежития вновь находится в повесткеи вновь безрезультатно: председатели студсоветов всё ещё не имеют чёткого представления о ситуации. На заседании появляется председатель ОСК Григорий Глухов, который рассказывает о «более адекватной позиции» большинства председателей студкомитетов по заселению НО – то есть об уже известном плане ОСК. «Разуплотнение» ФДС, находящееся по приоритету лишь после расселения «пятёрок» ДАС-а и десятиместных блоков ДСВ, Глухов называет «равномерным, естественно». При этом Глухов подтверждает, что Водолазский против расселения «пятёрок», и это не мешает ОСК занимать противоположную позицию, ведь окончательное решение будет принимать ректор. Глухов заверяет присутствующих, что комиссия во главе с Марченко занимается не переселением ФДС, а решением его бытовых проблем, и что принципиальных решений на ней приниматься не будет. Тем самым позиция официальных студенческих организаций представляется ему определяющей:

«В первую очередь, это нам надо прийти с вами к единому мнению, подтянуть к этому мнению профком и Студенческий Союз, вот, и только потом выступать с этим мнением как единой позицией. Пока мы к единой позиции не придём, нам достаточно будет сложно апеллировать к неким группам, которые выражают иные мнения. И, соответственно, будет гораздо ещё сложнее взаимодействовать с администрацией, потому что у них есть своё видение, как должно заселяться Новое общежитие».

Глухов советует не столько узнавать мнение студентов, сколько сообщать им его: «Вам нужна некая готовая позиция, которую вы будете озвучивать и транслировать своим студентам и, соответственно, убеждать их, что эта позиция правильная».

 

16 февраля студсовет мехмата на своём собрании 16 принимает позицию по ФДС и НО. Единственным проектом позиции становится план 17, разработанный Ильёй Денисовым. План Денисова является явным ответом на план ОСК, где впервые в противовес переселению ФДС были представлены «пятёрки» ДАС и «трёшки» ДСВ, прежде не волновавшие официальные студенческие организации. Денисов предлагает придерживаться приоритета в переселении студентов из ФДС, но ограничивает его «разуплотнением» нынешних «трёшек» до «двушек». После этого план предполагает запрос данных по заселённости упомянутых ранее комнат ДАС и ДСВ, чтобы вычислить реально необходимое им количество мест в НО для устранения «перенаселённости». И лишь после переезда этих жителей из ДАС и ДСВ Денисов предлагает оставшиеся в НО места распределить пропорционально между факультетами, живущими в ФДС. Альтернативных проектов не предлагается, позиция активистов кампании из петиции ректору не рассматривается, и план одобряется большинством голосов и становится позицией студсовета мехмата.

Активисты кампании критикуют план студсовета мехмата как не отвечающий интересам, прежде всего, студентов мехмата, считая верным, чтобы представительный орган мехматян не поступался полным переселением мехматян из ФДС. План ОСК, на который признаётся похожим план студсовета мехмата, считается явным противопоставлением идее полного переселения ФДС. Участники ИГ отмечают, что проблему «пятёрок» ДАС и «трёшек» ДСВ ОСК неожиданно поднимает именно в этот момент кампании, хотя прежде она не являлась аргументом для планов ОСК. Поскольку со стороны жителей этих комнат не видно никакого реального протеста, активистам ИГ неясно, почему протестующим жителям ФДС следует отступить со своей позиции полного переселения. Впрочем, убедить Денисова бороться за план-максимум не удаётся.

 

На четвертом заседании Студенческого совета МГУ 25 февраля по вопросу Нового общежития первым делом выступает староста ФДС-4, руководитель комитета по вопросам общежитий Студсовета Влад Сергеев, сообщая о создании комиссии при Марченко, результатом работы которой будет «выдвижение несколько вариантов по переселению, которые предоставят сами студенческие организации». Он озвучивает три существующих позиции к заселению НО, предлагая Студсовету выработать собственный план:

1) позиция ОСК (компенсация «дефицита мест», «выравнивание условий жизни в ФДС, ДАС и ДСВ» и сохранение ФДС до постройки второй очереди НО);

2) позиция студсовета мехмата («равномерное» переселение максимального количества жителей ФДС, ограниченное «разуплотнением» комнат до «двушек»);

3) позиция студкомитета физфака, которая будет выдвинута на ближайшем заседании комиссии Марченко: «Переселить всех студентов, живущих в ФДС на бюджетной основе (которым положено место в общежитии), в Новое общежитие, а тем, кто живёт на контрактной основе (то есть, кто живёт в Подмосковье и в Москве), предложить ФДС, но лучшие условия». Что касается жителей других общежитий, то Сергеев  считает, что «у ФДС больше заинтересованности в НО, потому что условия жизни в ФДС хуже, чем в ДАС, мы все это знаем. Нам надо выслушать обе стороны, но у ДАС-а сейчас меньше проблем насущных, чем у ФДС-а».

Однако и на этом заседании общего решения Студсовета принято не будет: представители факультетов, проживающих в ФДС (ВМК – Лукьяненко, химфак – Алтухова, мехмат – Денисов), настаивают на том, что объективное решение нельзя принять при отсутствии данных по всем общежитиям, которые были обещаны Марченко членам комиссии и так и не были присланы. Следующее заседание Студсовета пройдёт лишь 31 марта.

Подробнее см. главу «Студенческий совет МГУ: пятый состав».

 

 

31. Второе заседание комиссии (3 марта 2016)

 

С началом весеннего семестра члены комиссии пытаются узнать у её куратора В.Л. Марченко дату второго заседания и сроки получения карты расселения, необходимой для объективной работы комиссии. 9 февраля Марченко на прямой вопрос Ильи Денисова о дате заседания отвечает: «Когда ребята сделают то, что обещали», при этом не поясняя, кто и что именно. Вероятно, имеется в виду карта проблем ФДС, составить которую Марченко попросил в декабре (накануне экзаменационной сессии) без каких-либо условий, связанных с работой комиссии.

18 февраля активисты в очередной раз встречаются с Марченко, который назначает заседание комиссии на 26 февраля, а прислать данные по карте расселения обещает вечером 19 февраля. Этого не происходит, и в рассылке с анонсом заседания от 20 февраля дата появления данных сдвигается на 24-ое. В итоге заседание будет отменено накануне озвученной даты и перенесено на 3 марта, а данные так и не будут высланы. Как поясняет Марченко в личном письме одному из членов комиссии, он получил от УО данные «не в том виде, в котором предполагал», и теперь данные «переделывают». На запросы Денисова в руководство Студсовета МГУ также приходит ответ о том, что Марченко адаптирует данные УО и вышлет их буквально «завтра». «Завтра» наступает только 3 марта – в день второго заседания комиссии.

 

Заседание начинается с того, что Марченко зачитывает протокол первого заседания и отчитывается по нему. Он сообщает о декабрьском обходе ФДС, на котором присутствовал только один член комиссии из числа активистов кампании, а также о невыполненных договорённостях как со стороны студкома физфака (карта проблемных мест в комнатах), так и со стороны активистов (карты проблем мест общего пользования). После чего озвучивает три «вводных предложения», прежде чем раздать статистические данные по общежитиям:

- информация о сносе ФДС, предоставленная студкомитетам и студсоветам «отдельными представителями ректората», ошибочна – ФДС будут стоять в качестве общежитий МГУ ближайшие 2-3 года;

- «принципиальным решением ректората» является назначенный на 2016 год ремонт всех душевых и туалетов, а также выборочный ремонт кухонь и окон в комнатах;

- также «принципиальным решением» является то, что «в предстоящие годы эксплуатация ФДС будут производиться по принципу проживания “два человека в комнате”», что на треть должно снизить нагрузку на бытовую инфраструктуру и повысит комфортность проживания.

Относительно ситуации в целом, Марченко заявляет: «Теоретически есть возможность и есть готовность в полном объеме выселить всех студентов из ФДС и поселить их в другие общежития». Этот вариант решения проблемы Марченко перечисляет наряду с альтернативными: заселением в ФДС лишь первокурсников пяти факультетов (что он признавал несостоятельным ещё два месяца назад) и оставлением нынешних жителей в ФДС после улучшения условий в студгородке. После обсуждения с заместителями деканов по общежитиям Марченко выражает готовность заселить два-три корпуса ФДС на контрактной основе жителями Подмосковья, не имеющими права на общежитие, но согласных променять ежедневную многочасовую дорогу из дома на условия ФДС.

Что касается заселения Нового общежития, то оно находится не в полномочиях комиссии и утвердится на «конференции проживающих в общежитиях Московского университета» в начале апреля, где представители всех факультетов путём голосования определят окончательный вариант, который в дальнейшем будет утверждён Учёным советом МГУ. Комиссия, по мнению Марченко, должна закончить свою работу до конференции.

Марченко раздаёт три страницы статистических данных по общежитиям. Две из них содержат подсчёт жилого фонда МГУ по студгородкам ДС, ФДС, ДАС, ДСВ и НО; остальные общежития (ДСК, ДСЯ, ДСШ) не приводятся «по причине абсолютной малочисленности и неинтересности для нашего обсуждения». Ещё одна страница посвящена количеству проживающих по факультетам и студгородкам по состоянию на сентябрь 2015 года (как самый густонаселенный месяц). Из них следует, что учащиеся бюджетной формы обучения занимают в Доме студента в ГЗ лишь 4454 места из 6280; 880 мест уходят для контрактников и обозначаются как «места УО»; 332 – для управлений дополнительного образования и международного сотрудничества и 60 – для резерва на случай экстренных ремонтов. Ещё 202 места выделяются для сотрудников (как факультетов, так и служб) и 109 – под гостиницу. Марченко просит отнестись к цифрам как к рабочему варианту, не требуя тотального соответствия между таблицами; сам он «не ставил себе цели подогнать» данные. Активисты, впрочем, отмечают разницу между указанным объёмом жилого фонда в ДС и числом проживающих, равную почти 250.

По подсчётам Марченко, на расселение ФДС до двухместного проживания потребуется 700 мест, на расселение пятиместных комнат в ДАС-е – ещё 300, на ликвидацию дефицита мест «бюджетников» – 1200; таким образом, от 2700 мест в НО останется «примерно 500 мест, судьбу которых надо определить с участием различных факультетов». На предложение разделить «пятёрки» ДАС-а стеной, образовав блок «2+3», Марченко отвечает, что МГУ не будет проводить таких экспериментов, поскольку «у нас есть студенты, которые из-за 30 нехватающих сантиметров квадратных в прокуратуру пишут, что у нас в ФДС-е неправильное проживание». Образование «пятёрок» в блоки «2+2» встречает большее понимание, но называется долгосрочным и затратным.

Марченко возвращается к вопросу переселения из ФДС, и ему отвечает председатель студкомитета физфака Феликс Студеникин. Он объясняет, что, в свете того, что МГУ решил оставить в жилом фонде не два, а все пять корпусов ФДС, студкомитет физфака считает, что «есть возможность переселить все ФДС-ы либо в НО, либо в ГЗ [...] таким образом, чтобы наши большие естественнонаучные факультеты жили только в ГЗ и в НО».

Марченко подтверждает, что такая возможность есть, но просит не предлагать варианты заселения ФДС «контрактниками» или кем бы то ни было, оставив этот вопрос в компетенции УО: «Ваша прерогатива – только сказать: мы считаем, что было бы хорошо, если бы в ФДС проживали такие-то студенты. Если вы считаете, чтобы все студенты уехали, то дальше этот вопрос остается на рассмотрении администрации».

Вариант физиков он предлагает положить на предоставленные данные по общежитиям. Активист кампании Павел Х. отмечает, что для принятия справедливых решений нужны точные данные по всем общежитиям, чтобы минимизировать ухудшение условий «контрактников»: «В отличие от студкомов, нас делегировали не студенты наших факультетов, у нас подписи с других факультетов есть, и мы не можем сказать, что давайте контрактников поселим и про них забудем, что они нам не важны. Хотелось бы для всех студентов сделать наиболее благоприятные условия».

Марченко не отвечает на запрос и откровенно хамит: «Вам важен результат или важен процесс? Мне кажется, что вас больше интересует процесс и поговорить побольше».

По ходу обсуждения Марченко отмечает, что в ФДС «насильно никто селиться не будет», хотя, если студент изъявит желание остаться в ФДС, то запретить ему это нельзя. Что касается «контрактников», то им будет предложено место проживания (например, в ФДС), на которое они либо могут согласиться и подписать договор, либо нет. Таким образом, Марченко признаёт возможность предоставления мест студентам-«бюджетникам» из числа 880 мест в ДС, ныне отведенных для «контрактников»: «Возьмите их из контрактных мест УО». Для будущих первокурсников пяти факультетов комиссия может рассмотреть два варианта: ФДС и не ФДС. Неожиданно Марченко добавляет также: «Мы этой темы сегодня ещё не касались, но, в принципе, очень серьезно обсуждён вопрос и по переселению части персонала, который проживает в ГЗ, тоже в ФДС [...] Хотя и без этого мест хватает».

Следующие полчаса посвящаются проблемам ФДС и смежным вопросам (см. далее), а в конце заседания выступает председатель ОСК Григорий Глухов. Он делает необоснованное заявление о том, что все факультеты хотят переехать в Новое общежитие, и просит подумать о других факультетах, которые останутся в худших условиях, чем пять факультетов из ФДС, которые, в случае реализации требований кампании, будут жить по двое в комнатах (будь то ФДС, НО или ГЗ). В ответ активисты кампании просят Глухова подумать о нынешнем худшем положении этих пяти факультетов. Глухов возражает, приводя в пример «пятёрки» ДАС-а и социальные конфликты в них из-за долгого мытья в душе (который приходится один на комнату) и совмещённого санузла. Марченко задаётся риторическим вопросом, почему при таком объёме строительства санузлы в комнатах-блоках в НО необходимо было строить совмещённые; Глухов, участвовавший в утверждении проекта НО в августе 2013 года, никак не комментирует этот вопрос.

Председатель студкомитета ВМК Никита Лукьяненко анонсирует подготовленный список недостатков ФДС, который ОСК готовится передать Марченко, и озвучивает два из них: организация питания и правила прохода. Марченко сразу отчитывается о том, что вчера внёс ректору предложение о расширении буфета в учебном корпусе ФДС-1 до столовой; Глухов дополняет, что такая возможность уже обсуждалась с проректором Степановым, и продление работы столовой может быть осуществлено исходя из её посещаемости в течение дня. Глухов также отмечает, что незнание нынешних студентов ФДС о буфете на ФИЯР-е – это «отчасти наш [ОСК – прим.] недочёт». Лукьяненко дополнительно озвучивает пожелание о приходе столовой комбината «Диетическое питание» вместо КП.

Что касается правил прохода, Марченко заявляет, что внимательно следит за идеями студентов, которые появляются (вероятно, в соцсетях), и сообщает, что скачал все правила прохода в ВШЭ, а 15 марта отправится изучать ситуацию в СПбГУ, после чего «мы поднимем этот вопрос на студенческом уровне и будем обсуждать». Это объясняется желанием исправить «перекосы» в текущей системе правил прохода в МГУ. Впрочем, Марченко утверждает, что нельзя реализовать систему ВШЭ частично, оставив бумажные пропуска вместо электронных, на которых в Вышке всё «завязано» и «против которых несколько лет назад в МГУ стояли против все и говорили, что никогда ничего не будет и мы против принципиально». При этом Марченко умалчивает, что протест учащихся в 2011 году (см. главу «Турникеты в общежитии ГЗ») возник не из-за самих пропусков, а из-за непродуманности их ввода и отказа администрации от сотрудничества со студентами в вопросах реализации новой пропускной системы и правил прохода. Рассуждение о правилах прохода Марченко завершает пространной мыслью: «Свобода, она – просто другой способ контроля».

ВШЭ появляется в этой истории, вероятно, после анонимного вопроса участника ИГ на Конференции МГУ 22 декабря об отношении ректора к правилам прохода в общежития ВШЭ, куда каждый студент официально может войти в любое время суток. Садовничий отреагировал тогда следующим образом:

«Мы это обсуждали много-много раз, и не надо показывать в другие огороды, вы посмотрите, что там другое делается, сколько там стоит и так далее. А мы давно обсудили, что общежитие – это безопасность, это высотка, это МГУ. И есть правила прохода студента любого желающего, и эти правила надо соблюдать. А сделать проходы открытыми – это иногда – хочется, не хочется – их в других целях, в определенных целях… Сами студенты этого не хотят. Я принял то решение, которое предложили студенты – вот студком выступал. И эти правила соблюдаются. В любое время любой человек может пройти по определенным правилам. Но тут надо знать, кто прошёл, к кому прошёл, это нормальный процесс. Так что это мнение студентов. А что в Вышке – много делается хорошего».

Попутно на заседании Марченко поднимает тему сбора заявок студентов на ремонт, озвучивая недавние пожелания профкомов о создании для этого электронной системы. В качестве предпосылок Марченко называет «недоверие студентов к той системе сбора и реализации заявок на ликвидацию проблемных вещей, которая у нас сложилась. Либо её нет, этой системы, либо она есть, но её студенты не знаю, либо студенты знают, но она неудобная, но я думаю, что здесь комбинация: что она не очень удобная и у студентов накопился большой отрицательный опыт подачи каких-то серьезных обращений и отсутствия принятых решений». Марченко просит студкомитеты и «студенческую общественность» сформулировать «удобную интерфейсовую систему» для реализации сбора заявок.

Катализатором этой инициативы администрации стала студентка 3 курса мехмата, на которую Марченко ссылается в своём рассказе: «Если у студента в голове сидит, что для того, чтобы законопатить окно, надо написать президенту, это значит, что у нас внутри что-то не так работает». Упомянутая студентка 15 января текущего года отправила письмо в электронную приёмную Администрации президента РФ с жалобой на бытовые условия ФДС (тараканы, температура в комнате), в связи с чем 20 февраля была вызвана в кабинет и.о. декана мехмата В.Н. Чубарикова. Присутствующие на встрече замдекана мехмата по общежитиям С.Е. Касаткин и начальник УО А.А. Водолазский сообщили студентке, что её тараканы – мифические, поскольку их не видно на фотографиях кухни и комнат, а температура в комнатах соответствует норме.

Следующее заседание комиссии планируется провести на неделе 14-19 марта.

 

 

8. Давление на активистов

 

 

32. Назначение встречи с ректором и происки «сотрудников ОВД» (март 2016)

 

Беглый анализ активистами статистических данных УО выявляет многочисленные нестыковки как между собой, так и с существующим положением вещей. Альтернативные попытки получить данные по общежитиям проваливаются: письма Денисова и Лукьяненко, переданные Водолазскому, отклоняются, а поданные Марии Алаевой для последующей передачи в УО – пропадают в недрах Студсовета МГУ. Постепенно координаторы кампании приходят к выводу, что конструктивно работать с этими данными невозможно ввиду того, что они далеки от реальности, а значит, нужно добиваться от ректора полной карты расселения для снятия всех вопросов.

Вечером 9 марта двое активистов ловят ректора Садовничего после окончания его научного семинара на мехмате и просят провести встречу, дабы избежать неконструктивной работы комиссии. Садовничий, пытаясь закончить разговор как можно быстрее, велит студентам записаться на встречу в своей приёмной – «предбаннике» кабинета ректора у своего помощника В.В. Горячко. Участниками будущей встречи ректор называет также Марченко и Водолазского. Однако на следующий день Горячко заявляет, что не может этого сделать.

В итоге 14 марта несколько активистов приходят к кабинету ректора с твёрдым намерением оставаться до тех пор, пока их не запишут. Горячко заявляет, что Садовничий будет занят ещё четыре часа. Активистов это не пугает, и уже через полтора часа после начала ожидания ректор выходит из своего кабинета и назначает встречу на 15 часов 24 марта.

После успеха у кабинета 930 активисты решают пройти и по другим кабинетам ректората, с обитателями которых ректор посоветовал работать. Первым на очереди оказывается Вржещ, который в течение десяти минут выражает непонимание задаваемому ему вопросу о методике расчёта «цифр дефицита». Активисты несколько раз объясняют, что Водолазский и Марченко располагают оценкой избытка числа иногородних студентов, который образуется у МГУ после приёмной кампании 2016 года, и ссылаются на Управление академической политики как на авторов этих оценок. Вржещ сообщает, что он «прогнозов не делает», а «все студенты, которые будут нуждаться в общежитии, общежитие получат». Какие цифры получило от него УО, Вржещ не знает, а на слова активистов о том, что Водолазскому предоставило их УАП, отвечает: «Значит, так оно и есть. Может быть. А может быть, и нет». В конце концов, он заявляет, что УАП как «ответственное лицо» имеет право предоставлять данные и методики только по запросу других «ответственных лиц» (например, Водолазского или Марченко), но не физических лиц вроде пришедших членов комиссии. Позднее Марченко сообщит, что дефицит мест был рассчитан сотрудником УАП Дмитрием Кронбергом.

Наконец, активист Павел Х. беседует с Марченко, подробнее рассказывая о целях требования кампании о публикации открытой карты расселения: максимальном удовлетворении интересов разных категорий иногородних студентов при переселении ФДС и заселении НО (в основном, реализация приоритета учащихся над персоналом) и избегании ошибок вроде тех, которые были в данных, розданных на комиссии. Марченко сообщает, что исправил ошибку по ГЗ (250 потерянных мест обнаружились занятыми администраторами) и отменил свою поездку в СПбГУ, чтобы по просьбе ректора доработать данные. Эти данные он собирал «с боем», поскольку информации в подобном формате в УО попросту не было. Он рассказывает, что ещё год назад писал письмо ректору о необходимости ресурсы, подобного карте расселения, но не встретил понимания. Попутно он сообщает о реализованной «Базе общежитий» на сайте Иркутского государственного университета (ИГУ) – аналоге инициированной карты расселения общежитий МГУ с дополнительной функцией электронного поселения – и выражает уверенность, что в будущем такая карта появится и в МГУ. Позднее в «группе» кампании «Вконтакте» публикуется информация об этом сайте. Марченко в комментариях к «посту» заявляет 18, что провёл встречу со своими друзьями – разработчиками этого ресурса в ИГУ «по вопросу адаптации его к реалиям МГУ».

Пример электронной карты этажа общежития на сайте ИГУ

Пример электронной карты этажа общежития на сайте ИГУ

 

Спустя два дня после назначения встречи с ректором, днём 16 марта председателю студкомитета ВМК Никите Лукьяненко с неизвестного номера звонит некто Павел, представляющийся сотрудником уголовного розыска из отделения полиции МГУ и предлагающий встретиться и поговорить по поводу «людей, которые ходили в ректорат в декабре». Как станет известно позднее, номер телефона Лукьяненко «Павел» получил в профкоме ВМК, куда заглянул с вопросом, где можно найти «старшего по ВМК». Лукьяненко не соглашается на встречу, а позже и вовсе публикует «пост» 19 «Вконтакте» об этом инциденте. ИГ распространяет 20 запись в целях пресечения подобных случаев в будущем, предупреждая студентов, что они не обязаны являться в отделение ОВД без письменной повестки (а второй неизвестный, звонивший Лукьяненко на следующий день, как раз угрожал повесткой). Благодаря огласке становится известно о других прецедентах – «сотрудники ОВД» уже пообщались с членом студенческой организации физфака, пожелавшим остаться неизвестным, и Марией Алаевой и намеревались также встретиться с членом студенческой организации географического факультета (после публикации «поста» ИГ полиция перестанет настаивать на этой встрече).

Вечером в «мероприятии» кампании «Вконтакте» публикуется 21 пост о назначенной встрече активистов с ректором. Помимо описания ситуации, в «посте» предлагается: «Если ты хочешь, чтобы жилой фонд МГУ распределялся прозрачно, а места студентов не занимали люди, не относящиеся к учебному процессу, ты можешь поддержать наше требование личным присутствием около кабинета 930 сектора А Главного здания 24 марта в 15:00»

17 марта (через три дня после назначения встречи с ректором) Марченко высылает членам комиссии исправленные данные УО по жилому фонду и заселённости общежитий. В них появляются сотрудники в других общежитиях, а не только в Доме Студента в ГЗ, общим числом 269, однако доля непосредственно обслуживающего персонала остаётся неизвестной. Появляются «служебные помещения» (261), как и в случае с сотрудниками, расположенные преимущественно в ГЗ. Там же 70 и 259 мест выделены управлениям дополнительного образования и международного сотрудничества ректората соответственно; 109 – места для краткосрочных мероприятий. Все помещения, не учтённые в перечисленных категориях (учащиеся факультетов, сотрудники, управления и т.д.), причисляются к т.н. «местам УО», включающим, в том числе, контрактное проживание. Всего таких резервных «мест УО» во всех общежитиях оказывается 1357. В общей сложности, лишь 4483 из 6402 мест в ГЗ заняты непосредственно факультетами (в целом по МГУ их 12372 из 15157). Подробнее схемы см. в приложениях.

 

 

33. Давление на активистов ВМК (21 марта 2016)

 

В выходные 18-19 марта проректор Кортава разыскивает контакты активистов кампании с целью обсуждения того, чем им необходимо помочь в работе комиссии. Михаил Лобанов на переговорах с проректором Кортавой выясняет, что ректорат пытается не допустить повторения акции «оккупай ректорат» в четверг 24 марта, поскольку скандал немедленно выйдет в СМИ и им якобы воспользуются внешние силы для ослабления позиции ректора и Университета. Лобанов заверяет Кортаву, что встреча активистов кампании с ректором в любом случае состоится, поскольку проблема переселения не может решиться без карты расселения, а опубликовать её без первого лица МГУ в текущей ситуации невозможно.

В понедельник 21 марта активисты кампании, студенты ВМК Павел Х. и Александр В. приходят на встречу с Кортавой и Марченко, предложенную им накануне для решения вопросов, которые могут быть озвучены на предстоящей встрече с ректором. Однако «встреча» проходит в ином формате: студентов поодиночке запускают в кабинет, где, помимо Кортавы и Марченко, сидят также проректор Вржещ, замдекана ВМК по общежитиям Д.В. Распопина и декан ВМК Е.И. Моисеев. Последний вызывается Кортавой прямо с заседания РАН, причём Кортава совмещает в своей речи как извинение перед Моисеевым, так и констатацию того факта, что декан «был вынужден прийти в эту комнату». К присутствию декана-академика (преимущественно молчащего) она апеллирует трижды, и когда после очередного раза Павел выражает непонимание в необходимости присутствия Моисеева при обсуждении вопроса, давно вышедшего за рамки факультета ВМК, Кортава отвечает: «Ты – студент факультета ВМК. Ты – студент Евгения Ивановича. Это касается всего факультета».

Разговор начинается с вопроса, является ли Павел членом официальных студенческих организаций, и продолжается расспросами о том, поступил ли активист в Университет, чтобы учиться, и почему он столько времени тратит на общественную деятельность. Поскольку поводом для встречи послужила поимка двумя студентами – активистами кампании ректора после научного семинара и назначение ему встречи, то Марченко сообщает, что с удивлением узнал об этом факте, поскольку считал, что «честно и откровенно пытался выполнить договорённости» в рамках комиссии. Он рассказывает, что на целую неделю отложил другие свои дела, чтобы исправить статистические данные по общежитиям. Кортава сообщает, что к ней обращаются другие ребята, проживающие в ФДС, с желанием войти в комиссию, в связи с чем её состав надо расширить. Проректор Вржещ считает, что конфликт возник на этапе «поделить что-то», и возносит хвальбу Университету: «Не просто университет материальные какие-то ресурсы затрачивает там, свои кадровые, но и демократические процедуры, они на высоте. Нигде такого нет, чтобы студенты могли фактически решать свою судьбу».

Кортава прибегает к известному методу «сперва добейся», заявляя: «А что-то сами вы делаете для того, чтобы улучшить свои жилищные условия? Субботники, своими руками что-то. Вот я, будучи москвичкой, всегда ходила стены мыть на Вернадского, так мы помогали ребятам, которые живут в общежитии. Вы тоже должны что-то делать для того, чтобы претендовать».

Сразу после этого она озвучивает не менее известный тезис администрации в отношении условий проживания в общежитиях: «Ну какое – такое есть. Ну а что. Снимайте квартиру».

К концу встречи проректоры поднимают и другую тему: оказывается, приглашение поддержать активистов кампании во время встречи с ректором 24 марта личным присутствием является призывом к экстремизму, за которое могут и посадить, а также отчислить за нарушение этического кодекса и даже позвонить родителям (что и делают вскоре после окончания встречи). Марченко советует активистам сходить на встречу к ректору втроём, без толпы, а Кортава и вовсе настаивает на том, что встреча не нужна.

 

Вечером 21 марта проходит очередное собрание координаторов кампании, на котором вырабатывается общая концепция переселения студентов между студгородками для озвучивания на комиссии и составляется перечень требований к ректору на встрече 24-го. Начав с передачи для «бюджетников» контрактных мест УО в ГЗ, активисты постепенно переходят к идее освобождения мест из-под других категорий в ГЗ: управлений ректората, краткосрочных мероприятий, сотрудников и т.д. с целью минимизации ущерба «контрактникам», которые, по их мнению, проживают на «местах УО».

 

 

34. Давление на активистов мехмата (22 марта 2016)

 

На следующий день, 22 марта, давление на активистов переносится на мехмат. И.о. декана мехмата В.Н. Чубариков начинает свою лекцию по математическому анализу с речи о декабрьской акции на этаже ректората как о студенческом бунте, нарушающем морально-этический кодекс студента и ведущий к отчислению. Он пытается убедить слушателей-второкурсников в том, что не стоит ходить к ректору, а лучше обсуждать все проблемы с ним, и.о. декана. Он уверяет, что может воздействовать на тех студентов мехмата, кто будет участвовать в подобных акциях. «У нас даже на потоке есть такой человек, который связался с ВМК-шниками и ходил к ректору», — заявляет Чубариков.

В тот же день в учебное время «такой человек» – активист кампании, член комиссии, студент второго курса мехмата Иван С. – через начальника курса вызывается в деканат, где происходит разговор с Чубариковым и его заместителями И.Н. Молодцовым и С.Е. Касаткиным. Начав с риторических вопросов о том, борются ли активисты за справедливость, они переходят к земным вещам, критикуя методы активистов кампании («оккупай ректорат» в частности).

«Всё это, конечно, интересно, но когда вы начальство начинаете беспокоить, оно, конечно, интересуется, как на факультете дела, почему – а я у вас лекции читаю – вы сразу пошли к ректору», — заявляет Чубариков. Он высказывает мысль, которую транслировал ещё в 2012 году делегатам мехмата после скандала на выборах председателя ОСК (см. главу «Выборы ОСК»), о том, что все проблемы нужно обсуждать на факультете, а не идти к ректору.

И.Н. Молодцов углубляется в проблему, озвучивая своё видение: «Вы парализовали работу ректора. Это во благо вы действовали? Декану попасть к ректору непросто, деканы стоят в очереди к ректору. Вы день у многих деканов факультетов отняли. Вопросы факультетские не решены в тот день оказались, а могли бы быть решены».

Также он заявляет, что обращаться к ректору, равно как и «по дури» писать письма президенту, является «не вполне законным путём», потому что «а зачем это делать?». По его мнению, решать проблемы факультета в ректорате имеет право лишь декан: «Декан придёт к ректору и что, ректор отмахнётся от представителя такого гигантского коллектива?». Впрочем, через некоторое время Чубариков расскажет, как он посещает ректора и отказывается задавать ему вопросы, ради которых пришёл, едва увидев его усталое состояние.

Молодцов рассказывает о пометках в личном деле студента, которые якобы могут повлиять на его дальнейшую карьеру, и приводит символическую аналогию с шестерёнкой, которая отказалась работать в механизме (т.е. факультете): «Когда какая-то шестеренка скажет: «Я не хочу вращаться, это насилие, я хочу быть свободной», и остановится, что с ней будет? Она превратится в цилиндр гладкий. И никто не заметит, что она была». Позже он уточнит, что стремление студентов к справедливому решению вопроса ФДС – «это блажь, которая мешает работать структуре».

Деканат мехмата. Слева направо: Молодцов, Чубариков, Касаткин

Деканат мехмата. Слева направо: Молодцов, Чубариков, Касаткин

Дальнейшая беседа состоит из повторяющихся мыслей деканата мехмата о том, что Иван совершил ошибку, будучи чуть ли не единственным представителем факультета в комиссии; что его коллеги с ВМК являются невменяемыми людьми со своими интересами, чуждыми мехмату.

«Посмотрите на ваших товарищей с ВМК, когда они разговаривают с ректором: у них глаза стеклянные, они повторяют один и тот же вопрос сто раз, даже не думают о том, что он отвечает. И мы оказались с ними в одной группе. Во-первых, непонятно, кто эти люди, состояние здоровья. Возникает вопрос, может быть, действительно человек просто невменяемый. И вы становитесь соучастником этого сговора», — заявляет Чубариков. Также он неоднократно демонстрирует своё знание места собраний активистов кампании (2-ой гуманитарный корпус, где учатся ВМК и младшие курсы мехмата).

«Эти ребята невменяемые, но вы-то другой. Ничего себе компашка – два психа и нормальный человек. Они – зомби», — поддерживает его Молодцов.

«ВМК для нас – это совсем другой факультет, у них свои интересы, понимаете. Конечно, мы за них тоже переживаем, что у них происходят все эти волнения, но вы на мехмате, вы должны думать о своём факультете в первую очередь», — постулирует Чубариков.

Неоднократно повторяется тезис, что «оккупай ректорат» имел деструктивную цель и за ним стоят невидимые «подготовленные люди» (ровно такие же, как и за студенческими протестами во Франции в 1968 году).

«Мы же понимаем, что вы, может быть, действуете даже не от своего имени», — интригует Молодцов, но раскрыть свою мысль не может. «Призыв явиться туда-то в громадном количестве – это уже неподчинение властям», — продолжает нагнетать обстановку он.

Чубариков и Молодцов в один голос рассказывают, что уже сталкивались с версией того, во что может вылиться анонсированное на четверг собрание студентов перед кабинетом ректора, и описывают собрание более сотни МГУшников на 15 этаже ГЗ в защиту увольняемого участника ИГ Михаила Лобанова в 2013 году (см. главу «За Лобанова!»). В пересказе Чубарикова эта история выглядит следующим образом:

«Пришли анархисты с закутанными лицами, пришли какие-то философы, ещё другие с фотоаппаратами снимать, зрелище такое. Ну и конечно есть там руководитель, который, в конце концов, когда по третьему кругу пошли, как вы тогда с ректором говорили, сказал: «Ну всё, достаточно». И главное, что по мановению палочки все разошлись».

«Там ни одного человека не было с [механико-математического] факультета, там были все чужие непонятные, закутанные в эти чуть ли не хиджабы экстремисты были. И «болото» было: с филфака, с журфака, и прочие», — подхватывает Молодцов.

И.о. декана мехмата Чубариков, окружённый не-мехматянами в хиджабах. 26 февраля 2013 года.

И.о. декана мехмата Чубариков, окружённый не-мехматянами в хиджабах. 26 февраля 2013 года.

Искажение истории продолжается в описании деятельности активистов кампании с ВМК. Активист мехмата с удивлением узнаёт, что его коллеги «поднимают вопросы» научно-технологической долины МГУ, которую в марте Правительство РФ собирается отнять 22 у МГУ. Объяснение этой теме обнаруживается чуть позднее, когда Чубариков напрямую спрашивает у Ивана о членстве в Инициативной группе, которая и освещала ситуацию вокруг технологической долины в своей новостной ленте «Вконтакте». Пришедший с опозданием Касаткин несколько раз упоминает требование карты расселения, называя её «именной», тем самым пытаясь обосновать идею о том, что у кампании иная истинная цель.

Напоследок деканат мехмата даёт Ивану массу советов на будущее, начиная от походов в театр до решения задачек и.о. декана, чтобы занять своё свободное время, но, в основном, они представляют собой настойчивые предложения прекратить работу в ректорской комиссии. Чубариков вещает:

«Вы можете принять решение не участвовать в этом»;

«Просто надо остановиться»;

«Ну и потом, если вы дальше хотите всё это продолжать, то нам тогда надо будет, наверное, связываться с родителями [...] и решать вопрос»;

«Сейчас вам надо остановиться – это единственное правильное решение. Если вы будете действовать дальше так, ну, нам придётся дальше принимать определённые для себя меры. [...] Вы приехали учиться – учитесь»;

«Я понимаю, что здесь есть у вас некоторый сговор, или разговор, вы договорились. Но у вас есть возможность просто отказаться, и всё. И спокойненько живите себе, работайте на мехмате, вам только будем помогать, учитесь хорошо»;

«После того, как всё это произошло, мне бы не хотелось, чтобы вы во всех этих комиссиях участвовали».

Наконец, Молодцов и Чубариков начинают говорить начистоту:

«Вы подставляете факультет. Вот это, на мой взгляд, самое худшее, что может быть у человека на факультете. Он против своей Альма-матер пошёл», — говорит Молодцов.

«Ну и у нас в этой ситуации руки будут развязаны в дальнейшем», — заявляет Чубариков.

«Конечно. Мы же вас предупредили, что это плохо. Значит, если вы сделаете по-другому, то это значит, что вы на наше мнение наплевали. Ну а это неправильно», — подхватывает Молодцов.

Подводя итог, Молодцов поясняет, что встреча с Иваном происходит не с целью «надавить», а с целью передачи тревоги деканата за него. Под конец встречи и.о. декана мехмата выдаёт символическую фразу: «Иногда своей гордыне надо наступить на горло», после чего вместе с Касаткиным и Иваном перемещается в кабинет проректора Кортавы (№922) в ректорате. Сама владелица, правда, появляется с опозданием и, по сути, не успевает на беседу, которую проводят и.о. проректора Марченко и проректор Вржещ.

Марченко прямо говорит, что хочет устранить проблемы в работе комиссии, чтобы активисты не поднимали эти вопросы на встрече с ректором: «Виктор Антонович воспринимает это как то, что комиссия со своими обязанностями не справляется, и дал команду эту комиссию расширять, если ребят не устраивает, что происходит».

Иван называет причиной инициирования встречи с Садовничим недоверие к статистическим данным Марченко за отсутствием открытой карты расселения; Марченко в ответ говорит, что исправил некоторые ошибки, потратив на это три дня. Кроме того, он считает возможные оставшиеся ошибки непринципиальными, поскольку Университет готов реализовать в полном объёме даже план полного переселения ФДС (резервов МГУ на это хватает).

Вторым поводом этой беседы в ректорате Марченко называет информационное освещение предстоящей встречи с ректором, которым могут воспользоваться некие «другие лица». Проректор Вржещ зачитывает распечатку «поста» из мероприятия кампании «Вконтакте», в котором организаторы предлагают всем желающим поддержать переговорщиков с ректором личным присутствием перед кабинетом 930.

«Это призыв к митингу, собранию несанкционированному, неразрешенному. Что такое если придёт даже двадцать человек к кабинету ректора? Это нарушение пожарной безопасности. Если вдруг случится паника, кто отвечает за эти двадцать человек? Кто отвечает, что никто не принёс взрыв-пакет? [...] А кто за это отвечает? Тот, кто вбросил в интернет», — заявляет Вржещ. Примечательно, что ответственный за безопасное функционирование университета начальник УОБФ Г.В. Иващенко не был упомянут Вржещом в контексте обеспечения безопасности в Главном здании МГУ.

Марченко же сообщает, что редко читает новости «Вконтакте» и узнал об этом посте по другим каналам: «Я узнал от того самого сотрудника УгРО, про которого Лукьяненко, парень с ВМК, писал, я от него узнал. Это сотрудник центра по противодействию экстремизму, московского».

Марченко также уточняет, кто именно может воспользоваться «призывом» активистов: «Есть в университете люди, которые марксистской идеологией интересуются. Вот они сюда придут».

Он заверяет, что Университет пытается защитить активистов от возможных последствий этой акции, в том числе заботливо обещает позвонить родителям студента. «Сейчас это работа на ваш страх и риск. Если туда никто не придёт, считайте, что вам повезло. А если придёт – то в зависимости от развития ситуации могут быть последствия, а могут не быть».

Проректор Вржещ пытается выяснить, что ректорат должен сделать для минимизации числа студентов на предстоящей встрече, однако растерявшийся активист не отвечает на этот вопрос.

К концу встречи появляется проректор Кортава, заботливо спрашивающая у студента, какие у него оценки, есть ли стипендия и состоит ли он в студенческих организациях, после чего отпускает всех собравшихся.

 

Выступления деканата мехмата продолжаются на вечерней встрече с двумя десятками жителей ФДС в аудитории 1208. Первым делом Чубариков и Касаткин ругают председателя студкомитета мехмата Андрея Балуева за отвратительную организацию встречи, на что он отвечает, что сам узнал о встрече накануне 23, что в ФДС он не живёт, а после «народного вече» на этаже ректората вообще больше не занимается темой НО. Чубариков возмущается, что официальные организации мехмата не участвуют в комиссии по расселению ФДС, а вместо них в ней только один «самозванец». Заместитель председателя студсовета мехмата Илья Денисов пытается возразить, что он также член комиссии, на что Чубариков долго и громко отвечает, что Денисов – москвич и вообще не имеет права заниматься подобными вопросами, а Молодцов предлагает ему взять самоотвод из комиссии. Затем Чубариков настойчиво предлагает присутствующему «самозванцу» Ивану С. войти в официальное самоуправление, став старостой этажа ФДС. Завершается всё повторяющимися фразами Чубарикова и Молодцова о необходимости учиться и любить факультет.

 

 

35. Привлечение геологов к давлению на активистов (22 марта 2016)

 

21 марта на воспитательной беседе с Павлом Х. проректор Т.В. Кортава сообщает, что к ней обратились другие ребята, проживающие в ФДС, с желанием войти в комиссию, в связи с чем её состав надо расширить. В действительности же, наоборот, Кортава обращается к студентам геологического факультета за помощью, обещая взамен т.н. «плюшки» вроде преференций при поступлении в магистратуру. За пару дней до заседания комиссии она поручает, по некоторым данным, представителям студсовета геолфака собрать студентов на акцию с условным названием «Защити Садовничего», суть которой будет заключаться в физическом противостоянии с членами комиссии. Члены студсовета обходят комнаты в ФДС и ГЗ, набирая добровольцев.

Набранная группа студентов геолфака состоит преимущественно из студентов, приближенных к замдекана по общежитиям А.И. Тюрину (например, некоторые из них обязаны Тюрину проживанием в одноместных комнатах общежития ГЗ и посещают все подобные собрания в роли массовки) или обслуживающих спортивные залы факультета (т.н. «качалки»). Подобный контингент геолфака (спортивного телосложения дембеля или просто студенты, являющиеся старостами этажей и членами студкомитета) применялся для силового воздействия на студентов ещё во время «турникетной кампании» ИГ: «качки» выполняли распоряжения Тюрина по части профилактических бесед с активистами и подписантами петиции (см. главу «Турникеты в общежитии ГЗ»).

Днём 22 марта становится известно, что заседание комиссии, прежде проходившее на этажах ректората, переносится в поточную аудиторию 415 сектора «А» ГЗ – на геологический факультет. В 17:40 (за двадцать минут до начала заседания) проходит экстренный инструктаж от Кортавы для части этих студентов по двум пунктам:

- необходимо прийти большой толпой на заседание комиссии и без применения силы припугнуть «десятерых дрыщей» (то есть активистов ВМК и мехмата);

- рассказать о том, что жить в ФДС хорошо.

Остальным набранным студентам велят просто прийти на заседание комиссии для массовки и оппонировать активистам кампании, если они начнут что-то требовать от ректора. Именно появление ректора на заседании комиссии, скрытое от активистов кампании, и становится причиной организации подобной «акции» Кортавы и геологов.

На заседании, помимо прочих, присутствуют около трёх десятков студентов геолфака во главе с замдекана А.И. Тюриным. Вопреки инструктажу, они никак не реагируют на обсуждение планов расселения ФДС, а председатель студкомитета геолфака перед голосованием заявляет следующее: «Хочу сказать от лица геологов, [что] самое разумное будет – это переселение всех факультетов, которые проживают ФДС, в Новое общежитие». Он отдаст голос варианту полного переселения ФДС, и все присутствующие геологи вслед за ним проголосуют так же.

 

 

36. Обещание ректора о создании электронной карты расселения (22 марта 2016)

 

На третьем заседании комиссии 22 марта (см. главу «Переселение ФДС и ревизия жилого фонда») неожиданно для активистов появляется ректор МГУ В.А. Садовничий. Когда в конце заседания активист кампании озвучивает мысль о резервах общежития ГЗ, Садовничий произносит длинную речь, обращаясь к присутствующему здесь же начальнику УО А.А. Водолазскому с просьбой показать студентам карту расселения:

«Я знаю, что есть ещё вопрос про некоторых проживающих в Московском университете, оставленных на работу в Московский университет преподавателей некоторых и некоторые службы, например, милиция и комбинат питания. Эта общая сумма ничтожная – там меньше процента от общей суммы. Но! Андрей Анатольевич, я прошу ознакомить ребят с этими данными, я это обещал и сейчас прошу, вы вроде бы дали, чтобы ребята знали, что вот мехмат: выделяется условно тысяча мест, из них десять – преподаватели, которые ждут получения квартиры. Точное место не надо указывать, это нарушение как бы персональных данных, — мы будем знать, где кто. А вот что на мехмате столько-то мест оставлено для преподавателей. Или там есть десять мест, занятых милиционерами, которые нас охраняют, они по долгу службы здесь должны быть. Или мы держим там обслуживание столовых, которые в шесть утра уже стоят на кухне, они у нас живут. Всё это покажите. Расшифруйте по факультетам, пусть ребята видят. Чтобы не было вокруг этого придумок. У нас нет ни малейшего, ни одного секрета. Просто есть менее процента мест, где нам по закону разрешено: ученым советом принято, в уставе МГУ это принято, что при наличии мест для всех студентов, нуждающихся, университет вправе распорядиться ими для служащих, для преподавателей как временно проживающих. Мы ничего здесь не нарушаем – ни закона, ни устава. Расшифруйте это и покажите, чтобы вокруг этого не было никаких домыслов.

Я вам доложу, ребята, что после окончания аспирантуры я наверное лет восемь жил в общежитии как ассистент, у меня была семья, ребенок. И что, если бы я не жил, где б я был, вот ректором бы не был. Так есть и сейчас – оставляют на работу талантливого молодого учёного. У него нет квартиры, но он говорит: я или куплю, или родители помогут, или я получу от вас, дайте мне возможность год-два пожить. Есть решение Ученого совета МГУ, есть решение Ученого совета факультета. Мы таких ребят оставляем – где-то человек 50-80 живут в общежитии, покажите это. Ну я не знаю, кто у нас ещё. Ну, милиция. А что делать, у нас отделение, есть иногородние милиционеры, есть просьба высокого руководства, они нас охраняют, и вообще есть такой закон – с милицией лучше не ругаться ни на улице, ни в университете. И есть, наверное, столовые, да? Ну, тоже, они же нас кормят, там тётушка, которая становится на кухню мыть мясо, она должна в шесть утра встать, а она из Тулы, ну что делать. Вот это всё покажите».

Водолазскому ничего не остаётся, как согласиться выполнить поручение ректора. Марченко сообщает о начавшемся втором раунде переговоров с ИГУ и намечающемся визите в СПбГУ по поводу электронных карт расселения: обе группы разработчиков знакомы ему по профсоюзной линии. Он обещает к началу учебного года разработать тестовую версию сайта с картами расселения МГУ. Ректор Садовничий поддерживает и эту идею:

«Привлеките ребят: математики, ВМК, физики, геологи, которые могут помочь в этой системе. Надо сделать эту систему. Единственное, что надо защищать персональные данные, потому что, кроме всего, ребята, мы отвечаем и я отвечаю за вашу безопасность. Если что-то не дай бог и причиной будет то, что кто-то знал вывешенные нормы, где вы живете, это может быть использовано против Московского университета. Поэтому, конечно, мы будем избегать фамильных соответствий между номером и фамилией. Но, безусловно, всё, что касается (того), сколько комнат, какой персонал, зачем он здесь, — это надо обнародовать и вы должны знать».

Ректор В.А. Садовничий на заседании комиссии 22 марта 2016 года.

Ректор В.А. Садовничий на заседании комиссии 22 марта 2016 года.

Ректор в последнюю минуту заседания отменяет встречу с активистами кампании, согласованную на 24 марта, по причине своего отсутствия в этот день в Университете, считая к тому же, что уже ответил на все «вопросы ребят». Никакого собрания студентов перед кабинетом ректора в этот день не происходит, поскольку ни ИГ, ни координаторы кампании изначально не ставили перед собой такой цели и, в отличие от декабрьского «оккупай ректората», не занимались информированием о ней с агитацией студентов о необходимости прийти.

 

 

37. Протестное письмо ректору (апрель 2016)

 

Однако один из вопросов, который активисты кампании планировали донести до ректора МГУ на отменённой встрече с ним, остаётся неосвещённым. Активисты пишут Садовничему протестное письмо в защиту студентов, подвергшихся в марте давлению ректората. В нём описываются две встречи проректоров с активистами в кабинете Кортавы, воспитательная беседа в деканате мехмата, подготовка студентов геолфака к противодействию членам комиссии, а также известные факты поиска информации об активистах со стороны центра «Э». Письмо заканчивается позицией:

«Мы считаем нездоровой атмосферу недоверия и открытых угроз, сложившихся в последний месяц в отношении членовкомиссии по переселению ФДС. Мы считаем действия проректоров Кортавы Т.В., Вржеща П.В. и и.о. проректора Марченко В.Л. некорректными и недопустимыми для сотрудников администрации МГУ. Мы убеждены, что интерес сотрудников Центра по противодействию экстремизму ГУВД г. Москвы к членам комиссии инициирован по неформальной просьбе ректората и считаем действия сотрудников полиции завуалированной формой давления на студентов-членов комиссии.

Жители ФДС, наши коллеги и соседи возмущены отношением руководства Московского университета к студентам-членам комиссии и выражают открытое недовольство действиями сотрудников ректората.

Все подобные ситуации будут предаваться как можно более широкой публичной огласке. Мы настоятельно просим руководство Университета провести внутреннее расследование действий сотрудников полиции и проректоров МГУ и публично сообщить о его результатах, дабы пресечь нездоровые слухи о давлении на студентов-активистов, распространяющиеся в студенческой среде и не допустить повторения давления на студентов».

Письмо заканчивается просьбой дать письменный ответ на обращение в соответствии с Федеральным законом  N 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации» в установленный законом срок – то есть в течение 30 дней с момента регистрации обращения. Активисты регистрируют письмо в канцелярии ректората 7 апреля; ответ на письмо ректорат отправляет заказным письмом только 11 мая. В письме сообщается:

«… по результатам проведенной проверки информация о якобы имевших место случаях некорректного поведения представителей руководства Московского университета по отношению к обучающимся не подтвердилась. Также обращаем внимание на то, что «расследование действий сотрудников полиции» и оценка их поступков или принимаемых ими решений не входит в компетенцию должностных лиц Университета».

Ответ подписан проректором А.В. Степановым 24 , которому подчиняется, наряду с управлением информатизации и управлением социального и инфраструктурного развития, ещё и управление делами и делопроизводством, в чьём ведении находится канцелярия ректората. Остаётся неизвестным, видел ли письмо непосредственно адресат – ректор МГУ В.А. Садовничий.

 

 

О завершении работы комиссии, принятии окончательного плана переселения и дальнейшей активности по вопросам Нового общежития см. четвёртую часть: «Переселение ФДС и ревизия жилого фонда».

 


Notes:

  1. http://www.msu.ru/info/struct/marchenko.php  https://archive.is/j88su
  2. https://istina.msu.ru/workers/4602192/  https://archive.is/Mv3Z2
  3. http://question.msu.ru/12891  http://peeep.us/102a5aff  https://archive.is/wks3d
  4. http://www.vlsu.ru/index.php?id=140&tx_ttnews%5Btt_news%5D=2915  https://archive.is/jefhk
  5. http://moscowchess.org/news/6340  https://archive.is/pVqdt
  6. https://vk.com/wall-16552884_1314  https://archive.is/QsQCq  http://peeep.us/ef0e6bc0
  7. http://dl.igmsu.org/ig/upload/protocol_1.jpg
  8. http://dl.igmsu.org/ig/upload/protocol_2.jpg
  9. http://www.the-village.ru/village/situation/situation/229295-obschezhitiya-mgu  https://archive.is/jELrs
  10. http://question.msu.ru/12563  https://archive.is/vqt8x
  11. http://internat.msu.ru/2016/01/23/o-vstreche-uchashhihsya-sunts-mgu-s-predstavitelyami-moskovskogo-universiteta/  http://peeep.us/2ba5cbe0  https://archive.is/JhvWI
  12. http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_133199/    https://archive.is/WGXxp
  13. https://vk.com/wall-33568_1071  http://peeep.us/464c6d76  https://archive.is/xvvKJ
  14. https://vk.com/wall-107551558_595  http://peeep.us/ba1c9700  https://archive.is/MpuYN
  15. http://dl.igmsu.org/ig/upload/Protokol_zasedania_3.pdf
  16. https://vk.com/wall-33327655_3760  http://peeep.us/f1db96d8  https://archive.is/LmPX6
  17. http://dl.igmsu.org/ig/upload/Pereselenie_v_Novoe_obschezhitie.pdf
  18. https://vk.com/wall-107551558_684  http://peeep.us/adc2472d  https://archive.is/NgcDA
  19. https://vk.com/wall26411808_2844  https://archive.is/jyWvZ
  20. https://vk.com/wall-27917858_30787  http://peeep.us/1b05a8f5  https://archive.is/AyfLr
  21. https://vk.com/wall-107551558_673  http://peeep.us/abf6f0a9 https://archive.is/Nr9Zu
  22. https://vk.com/wall-27917858_30609  https://archive.is/HFUqX
  23. https://vk.com/wall-88275520_53  http://peeep.us/a379ba7d  https://archive.is/BF9Nv
  24. http://www.msu.ru/info/struct/stepanov.php  https://archive.is/OT0wm